traces in the stairwell
of presence, of absence;
neither you, nor me
(neither self, nor people)
border control: outside is autumn
what’s then inside? an air‘s
indefinite article, well
salt on the eaves
and something below keeps looming

from daschewskij

illuminated tram through moscow
as spectral as a ghost is gliding
its memory tells me about
one of those sleepy happy mornings
when kissing moscow through a window —
ice, brittle, tender, on the river
you wait a minute, one more minute
to be some different from the others
you put this makeup, for without
you are as faceless as a spirit

forwent all funerals and weddings
i found myself inside a hall
a hall, enormous, books and pages
illuminated, heft by wind
the minutes are unwounded, pleading:
say farewell (and remember me)

von prigow

Ich kaufe ein Bierchen gerne,
ich zahle Mark für Käsesemmel,
damit spaziere ich herum,
danach wird die Straße krumm.
Sie wird von Schönheit unterbrochen.
Die Shönheiten des Teiches, Schimmers.
Ich sitze, einsam und verloren
— verlassen.
Aber bitter!

ни в ропот, ни в грохот
слово до опыта
млечный сок языка
на языке акации
артикулированное или
имени на конверте
марки с колоннадой
хлеб и пекарь
вагон и вагоновожатый
и дальше стучит колёсами
и нету под ними рельс;
так по мёрзлой земле
пока холодно —
можно ехать
пока холод пронзает кожу
и задувает ветер сквозь рёбра.
это тебе такой воздух, чтобы дышать
и образ тебе, чтобы думать;
так уж рта не открыть
и глаз не сомкнуть
ну да. ну что?
ну так. ну так.